Вавилон, город крепкий

                “Построим себе город и башню”

                Такими словами Библия начинает рассказ о легендарной Вавилонской башне — самом высоком строении из всех, что возводились на месопотамской земле. С историей постройки этой башни неведомый автор Священного Писания увязывает и гибель Вавилона. Любой рассказ о Вавилонском царстве будет неполным без отдельного повествования о знаменитой башне, да и о самом Вавилоне, превзошедшем величием и красотой все прочие города.

                Навуходоносор II, второй из царей Нововавилонского периода, особенно много потрудился над тем, чтобы придать городу величие и блеск истинной столицы. Путник, подъезжавший к городу, уже издалека замечал высокую башню-зиккурат, на вершине которой стоял храм Мардука, главного божества вавилонян и покровителя самого города.

                Миновав мощные крепостные стены, надежно защищавшие город от врага, путешественник попадал наконец в город. Там он первым делом обращал внимание на царский дворец, возвышавшийся над равниной на кирпичной платформе высотой почти двадцать метров. Дворец располагался вблизи от реки Евфрат, делившей весь город на две части. Река приносила прохладу в жару, так невыносимую в Южном Двуречье, а сады, высаженные возле дворца вдоль берегов, давали превосходную тень.

                Внутрь городских стен вело несколько дорог, но самой величественной из них была, бесспорно, Дорога процессий, проложенная несколько выше прочих дорог. Это было место проведения основных городских праздников, связанных с Новым годом и чествованием богини Иштар — шумерской Инанны, богини любви. В стенах Вавилона было проделано восемь ворот, но лишь двойные ворота Иштар были украшены изразцами и рельефами. Навуходоносор, построив Дорогу процессий, назвал ее “Аибур-шабу”, что в переводе означает “Врагу не добиться победы”.

Бел — вавилонский бог, соответствующий ассирийскому Ашшуру, богу-судье.

                Такими же поэтическим именами царь назвал и основные городские укрепления. Внешняя городская стена Вавилона именовалась “Имгур-Бел” — “Бел  соизволил”.

                На Дорогу процессий путник попадал, пройдя под вратами Иштар, и взгляд его немедля приковывала небесно-голубая внутренняя облицовка стен, тянувшихся вдоль этого “проспекта”. Покрытые цветной глазурью кирпичи с рельефной поверхностью складывались на этих стенах в изображения львов и фантастических зверей сиррушей — по шестьдесят на каждой из двух стен. Дорога вела к храму Мардука, к знаменитой Вавилонской башне, семью разноцветными уступами-платформами уходившей высоко в небо.

                Перед воротами храма находился центр повседневной жизни Вавилона — базар, где торговали купцы как из самой Месопотамии, так и из дальних стран.

                Дворец, храм, Башня, базар — все это и многое другое было частью так называемого Старого города, культурного и исторического центра Вавилона. Однако еще до воцарения Навуходоносора город разросся и раскинулся по обоим берегам реки. Для сообщения между Старым городом и новыми кварталами через Евфрат был проложен каменный мост длиной 123 метра — подлинное произведение искусства. Из речных вод поднимались восемь столбов-быков, каждый шириной 9 метров. Столбы имели форму кораблей и были сложены из обожженных глиняных кирпичей, надежно скрепленных асфальтом. Поверх быков строители настелили прочные каменные плиты, а сами плиты покрыли длинными досками, чтобы сделать мост удобным для пешеходов. На ночь часть досок снимали, и тогда по Евфрату могли свободно проходить купеческие суда, заходившие в Вавилон из моря и имевшие высокую мачту. Корабельные пристани находились в черте Старого города, новые же кварталы были преимущественно жилыми. Территория Нового города включала в себя и городское кладбище.

                Библейские авторы неоднократно называли Вавилон “городом греха”. На самом же деле это был, вероятно, самый благочестивый город на Востоке. До наших дней, помимо результатов раскопок, дошли и клинописные таблички — своеобразные “путеводители” для паломников, посещавших Вавилон. Эти таблички представляли собой подробное описание города, включая перечисление всех храмов и алтарей в честь различных богов, выстроенных в городе, с указанием ворот и улиц, которые вели к каждому из храмов. Скорее всего, эти таблички были составлены городскими жрецами. Согласно клинописному справочнику, в Вавилоне времен его наивысшего расцвета было выстроено 53 храма в честь великих богов, 55 целл — мелких святилищ, посвященных Мардуку, 300 святилищ земных божеств, 600 целл и алтарей небесных богов, 180 алтарей Иштар, 180 алтарей, посвященных богам Ададу  и Нергалу .

Целла — в больших храмах так называлось алтарное помещение, где находилась статуя бога. Также — небольшая отдельно стоящая часовня.

 

Адад — вавилонский бог, повелитель бурь. В древнеаакдской мифологии — верховное божество.

Нергал — повелитель подземного царства, бог войны в вавилонской мифологии.

 

                Многочисленные ремесленники, чьи лавки расположились неподалеку от центрального храма Мардука, круглый год занимались изготовлением амулетов, молитвенных табличек, статуэток и прочих предметов, широко использовавшихся верующими. Религия в Вавилоне стала не только средоточием культурных богатств и верований страны, она еще и приносила ощутимый доход храмам и заработок жителям города.

                Навуходоносор позаботился не только о внутреннем украшении города. Громадное внимание он уделил и строительству оборонительных сооружений. Вавилон был укреплен, как никакой другой город на Востоке в те времена. Вот что гласит надпись Навуходоносора:

                “Чтобы враг не смог подойти к стенам Вавилона, Имгур-Бел, я сделал то, чего не сделал ни один царь до меня. На расстоянии 4000 локтей от города на восток... я воздвиг крепкую стену, вырыл ров и укрепил его асфальтом и кирпичами. Позади рва я воздвиг стену, высотой с гору, и с широкими воротами. Чтобы враг не достиг стен Вавилона, я пустил море вокруг города”.

                Иными словами, оборонительная линия Вавилона, как следует из этой надписи, подтвержденной результатами археологических раскопок, выглядела примерно следующим образом.

                В удалении от Вавилона, примерно в двух километрах на северо-восток (наиболее опасное направление, откуда могли подойти кочевые племена горцев) была построена длинная стена. Несколько ближе к городским стенам был прорыт широкий и глубокий ров, наполненный водой (именно о нем Навуходоносор поэтически говорит: “я пустил море вокруг города”). За внутренним берегом рва шла первая, внешняя стена — Нимитти-Бел, “Оплот Бела”. Толщина этой стены составляла около 4 метров, через каждые 20 метров длины из стены выступали высокие башни, снабженные, как и весь периметр стены, толстыми бойницами. За Нимитти-Бел тянулась стена Имгур-Бел, защищавшая сам город, преимущественно его старые кварталы. Имгур-Бел была значительно выше Нимитти-Бел, ее толщина составляла порядка 7-8 метров. Стена Имгур-Бел была снабжена не только большими башнями, выступающими наружу, но и мелкими башенками, возвышавшимися по всему периметру стены, также снабженной бойницами. Наконец, Старый город, где находился царский дворец и главные храмы, был защищен еще одним рядом стен поменьше. В качестве завершающего штриха фортификационной системы Вавилона следует добавить многочисленные каналы, прорытые для нужд города и являвшиеся дополнительными водными преградами. Итак, для того, чтобы пробраться в город, противник должен был одолеть в общей сложности четыре ряда стен, построенных со всем умением, присущим каменщикам Вавилона, и несколько водных преград. Задача сама по себе довольно затруднительная, но осложнявшаяся еще и тем, что широкие стены позволяли защитникам Вавилона в случае нападения быстро перемещать по всему периметру обороны довольно крупные войска.

                Разумеется, могучие вавилонские стены возникли не на пустом месте. Еще до Навуходоносора и его отца Набопаласара, основателя Нововавилонской династии, правители города возводили крепкие стены. Но сырцовые кирпичи — не слишком долговечный материал, особенно если он подвергается постоянным атакам со стороны штурмующих войск, а в мирное время — жары и ливневых дождей. Стены приходилось постоянно латать и укреплять. Каждый царь, перестраивавший городскую стену, обязательно обнаруживал в ее фундаменте клинописный цилиндр, на котором его предшественник сообщал историю создания собственных стен. Традиция повелевала чтить волю древних строителей – новая стена возводилась на месте предыдущей, а цилиндр-закладка вновь помещался в фундамент вместе с надписью нового царя.

                Для возведения городских стен применялась в общем та же технология, что и повсюду в регионе. Сырцовые кирпичи из глины, перемешанной с рубленой соломой, высушивались на солнце и укладывались в стену. Строители цементировали кирпичи с помощью асфальта. Нижние ряды и наружный слой выкладывались для прочности из кирпичей, обожженных в специальной печи, иногда покрытых рисунком или цветной глазурью. Через каждые пять горизонтальных рядов кирпичную кладку перестилали циновкой, сплетенной из тростника. Благодаря этому, стена становилась более упругой. Если стена не была монолитно сложенной из кирпича, а представляла собой два ряда толстой кирпичной кладки, внутрь такой стены засыпали песок, также придававший конструкции упругость и гасивший во время штурма удары тарана. Верхняя часть стены, защищенная снаружи рядом прочных бойниц, была устлана циновками, залита слоем асфальта и промазана поверх глиной. По этой своеобразной “улице” с легкостью могли передвигаться как воины-одиночки, так и целые отряды.

                Навуходоносор, перестраивая вавилонские стены, повелел, чтобы стены опирались “на грудь подземного мира”. Строители рыли глубокие котлованы под фундамент и укрепляли фундаментную кладку асфальтом. Это придавало стенам дополнительную устойчивость.

                Внутри стен располагался сам город. План Вавилона, отличавшийся поразительной правильностью, был практически недостижимым идеалом для остальных городов страны. Планировка являлась частью административного деления города, и эту сторону дела восприняли и прочие вавилонские города. Восемь главных ворот в подъездными дорогами делили Вавилон на кварталы. Эти улицы предназначались главным образом для постоянно прибывающих в город купеческих караванов. Внутри самих кварталов улицы также прокладывались прямые, в отличие от устоявшейся в Месопотамии традиции строить дома и прокладывать улицы безо всякого плана. В результате Вавилон не превратился в немыслимый лабиринт мелких кривых улочек, а приобрел упорядоченный и аккуратный вид, воспроизводившийся на всех чертежах и рисунках, дошедших до наших дней.

                Над всем городом и над окружающей равниной доминировало главное строение города — Вавилонская башня. Она представляла собой многоступенчатый зиккурат, на вершине которого находился храм. Каждая из семи квадратных террас была сложена монолитом из глиняных кирпичей. Сторона нижней, самой широкой платформы, была длиной около 92 метров. Последующие платформы постепенно суживались кверху. Снаружи поверхность башни была выложена цветными изразцами — свой цвет для каждой платформы. Наверх, к храму, вели три лестницы. Центральная из них, перпендикулярная к фасадной стене зиккурата, находилась на одной прямой с Дорогой процессий, тянувшейся на протяжение 200 метров от Ворот Иштар и как бы переходившей вверх, по направлению к храму. К стене нижней платформы примыкали еще две лестницы, расположенные под прямым углом к центральной. Все три смыкались у верхнего края первой платформы, где находилась небольшая беседка или часовня, а оттуда наверх по остальным шести платформам вела только центральная лестница, Ее линия на всем протяжении оставалась совершенно прямой, не повторяющей контуры платформ.

                Греческий историк Геродот, оставивший описание Вавилонской башни, сообщает, что она состояла из восьми террас, однако вавилонские клинописные тексты приводят именно цифру “7”. Вероятно, будет правильнее довериться обитателям города, и предположить, что платформ было действительно семь. Упоминает Геродот и о храме, расположенном на верхней платформе. По его словам, в храме нет статуи бога — только богатое ложе и золотой стол. Внутрь храма имела право входить только жрица, избранная земной женой бога.

                Вавилонская башня не была самой высокой в Месопотамии. Неподалеку от Вавилона, в селении Борсиппа, находятся остатки другого подобного зиккурата, до сих пор возвышающиеся над окружающей долиной почти на 50 метров. Этот зиккурат долгое время полагали Вавилонской башней. Последующие раскопки помогли обнаружить развалины зиккурата на территории самого Вавилона. Тем не менее башня в Борсиппе, несомненно, самое высокое сооружение подобного рода в Южной Месопотамии, до сих пор иногда ошибочно именуется Вавилонской башней.

               

Дворец 

                Неподалеку от Башни и храма Мардука располагался центр государственной власти — дворец царя. Главный вход на территорию этого обширного комплекса храмовых, правительственных и хозяйственных зданий находился рядом с Дорогой процессий, идущей от Ворот Иштар. Через ворота, охраняемые стражей, посетитель попадал сначала в наружный двор, где располагались склады, мастерские, помещения мелких дворцовых чиновников.

                Следующие ворота вели в средний двор — комплекс административных построек, в которых трудились высшие царские чиновники. Сюда стекалась вся информация со всех концов страны. В южной части среднего двора находился, очевидно, жилой дом главного чиновника, правой руки царя.

                Пройдя через средний двор, посетитель добирался, наконец, до третьих, самых массивных и богато украшенных ворот, которые вели во внутренний двор и в царский дворец. У южной стены внутреннего ряда стен располагался тронный зал, служивший для торжественных приемов послов из других стран и для церемоний во время государственных и храмовых праздников. Зал являлся основным официальным строением, куда был доступ посетителям царского дворца. Размеры и величие зала поражали. Строение длиной около 60 метров и шириной двадцать метров снаружи было богато отделано разноцветными кирпичами, изображения на которых составляли рельефы, схожие с теми, что украшали Ворота Иштар и Дорогу процессий — львы, быки, драконы-сирруши. Верхняя часть наружных стен зала была покрыта изображениями Древа жизни, важного элемента вавилонской мифологии. В тронный зал вели три входа, и перед каждой дверью стояли знаменитые крылатые быки-шеду. Эти статуи, охранявшие вход в тронный зал, являли собой великолепный образец месопотамской скульптуры.

                Археологи, сумевшие с максимальной осторожностью извлечь из земли этих каменных колоссов, поначалу были удивлены тем, что каждый из быков имел по пять ног — задние и передние ноги стоят попарно строго параллельно, а позади передней пары еще одна нога, как бы в шаге. При детальном рассмотрении выяснилось, что с помощью пяти ног создавался необычный оптический эффект. Если смотреть на статую спереди, стоя перед дверьми, которые охраняет крылатый бык, то статуя производит впечатление неподвижно стоящей. Когда же посетитель, проходя мимо быка, вновь смотрел на него, то видел, что статуя словно сделала шаг вперед. Передние ноги чудовища высекались из камня строго параллельно, так что при взгляде сбоку казалось, что нога всего одна. Пятая же нога создавала иллюзию шага, скульптура словно оживала, когда мимо нее кто-то проходил. Такой эффект, несомненно, должен был произвести эффект на любого, кто входил в тронный зал.

                В глубине богато украшенного зала находился постамент и стенная ниша, где, очевидно, стоял трон царя. Послы и посетители должны были быть подавлены роскошью и размерами помещения. О том, как Навуходоносор украсил свой зал для приемов, лучше всего повествует его собственное описание этого грандиозного строительства, принесшего Вавилону славу столицы пышности и богатства. Вот что писал царь на клинописном цилиндре, посвященном постройке тронного зала:

                 “Для крыши приказал я срубить могучие кедры, из кедрового дерева велел сделать двери и обить их медью. Пороги и дверные петли из бронзы повелел я прибить ко входам и воротам. Серебро, золото, драгоценности, все, что великолепно и прекрасно, собрал я во дворце, дабы украсить величие”. Потолочные балки тронного зала были сделаны из кедра, стены покрыты изнутри гипсом, возможно, с росписями.

                Дворцовый комплекс включал в себя также многочисленные сокровищницы, наполненные во времена расцвета Нововавилонского царства сокровищами и произведениями искусства из всех стран, с которыми Вавилон имел торговые и политические отношения.

                Судя по дошедшим до наших дней описаниям царского дворца в Вавилоне, Навуходоносор собрал у себя первый в мире музей, на многие века опередив европейских королей, окружавших себя сокровищами из покоренных стран. По богатству и количеству драгоценных предметов этот “музей”, возможно, даже оставил бы далеко Лувр, Эрмитаж и многие подобные дворцы-музеи современности.

                Позади тронного зала располагалось несколько фонтанов, служивших, как можно судить по сохранившимся остаткам канализации, не только для украшения двора, но и для очистки питьевой воды для правителя и его семьи. Там же, позади зала, во внешней стене дворцового комплекса существовала потайная дверь, через которую можно было попасть во внутренний двор напрямую, минуя административные внешние дворы.

                В западной части дворцового комплекса, на террасе уровнем ниже тронного зала, находились жилые помещения царской семьи, самая старая часть дворца, построенная еще при Набопаласаре, отце Навуходоносора и основателе династии. Помимо царских помещений, там находились четыре отдельных здания, предназначавшиеся для каждой из царских жен.

                В общем план дворца Навуходоносора немногим отличался от традиционной планировки зданий в Вавилонии — тот же основной принцип размещения строений по периметру двора. Здесь, однако, каждый двор образовывали несколько зданий, построенных вплотную одно к другому, но не являвшихся частью целого.

                По своей общей площади дворец вавилонского царя был, пожалуй, самой крупной постройкой во всем городе, и самой надежно защищенной.

                Более ста лет после Навуходоносора простоял Вавилон во всем своем блеске. Богатство города и страны притягивало купцов из разных стран, и как магнитом влекло завоевателей. Но Вавилонское царство стойко отражало нападения как кочевых племен, так и соседних государств — до тех пор, пока не было захвачено персами, в течение долгого времени владычествовавших над всем Ближним Востоком. При персах город утратил все значение, и к тому времени, как в город вошли победоносные войска Александра Македонского, был просто провинциальным городом, утратившим почти все признаки былого величия. Планам Александра по восстановлению Вавилона не суждено было сбыться, и с течением времени от города не осталось даже воспоминаний — только холмы мусора, черепки и кучи песка на месте величественных построек.

 

Литература:

Зайцев А., Лаптева В., Порьяз А. Мировая культура: Шумерское царство. Вавилон и Ассирия. Древний Египет. – М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2000. — с.: ил. — (Мировая культура).

Категория: МЕСОПОТАМИЯ в ІІ тыс. до н.э. | Добавил: konan (23.11.2008)
Просмотров: 1568 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]