menu
person

Ассиро-вавилонская культура

                Наследники “черноголовых”

                Ассиро-вавилонский период — один из наиболее значительных в истории Месопотамии и всего Ближнего Востока. В этот период был окончательно сформирован тип государства, который с небольшими изменениями просуществовал на Ближнем Востоке весьма долгое время. Значительное развитие получило изобразительное искусство, по технике и мастерству шагнувшее далеко вперед. Культурно-историческая роль Ассирии и Вавилона чрезвычайно велика как в контексте развития Ближнего Востока, так и для всей мировой цивилизации.

                Несмотря на внешнее историческое противостояние двух государств, вполне допустимо говорить о единой ассиро-вавилонской культуре. Главный аргумент к тому — единство языка. И ассирийцы, и вавилоняне говорили и писали на аккадском языке, их литературы основана в той или иной степени на одних и тех же источниках, их верования в значительной степени схожи. Основные исторические процессы, проходившие в этих двух государствах, выявляют их общность даже ярче, чем, скажем, схожесть мифологических сюжетов.

                Но эта культура не возникла на пустом месте. Изучая ассиро-вавилонское искусство, литературу, религию, любые аспекты частной и общественной жизни обитателей Двуречья во II-I тысячелетии до н.э., следует постоянно помнить, что фундаментом для этой культуры послужили прежде всего достижения “черноголовых” — народа шумеров.

                Ассиро-вавилонская культура являет собой прекрасный пример преемственности и инновативности в культурном развитии. Основные черты общественного строя, хозяйственный уклад, религиозные воззрения — все это было воспринято от шумеров жителями Двуречья более позднего периода. Племена кочевников, неоднократно захватывавшие власть над отдельными городами и целыми областями древнего Шумера, в конце концов переняли у побежденных их культуру, письменность, богатейшую литературную традицию.

                Но “перенять” не значит “слепо копировать”. Семитские народы, расселившиеся по территории Междуречья в начале II тысячелетия до н.э., проецировали искусство, мифологию и всю культуру шумеров на свое мироощущение. Шумерский пантеон очень хорошо сочетался с верованиями древнейших семитских племен, столь же беззащитных перед натиском стихий, сколь и шумеры, и также обожествлявших прежде всего силы природы.

                Разнообразные научные знания шумеров — астрономические, математические, медицинские, а также прикладные (агротехнические, архитектурные) — благодаря непрерывной храмовой традиции дошли в неизменном и обогатившемся виде до жрецов вавилонских и ассирийских богов.

                Но, пожалуй, основное, что переняла ассиро-вавилонская культура у шумеров — письменность. Собственно, именно письменность и обеспечила преемственность двух культур. Сначала, на рубеже III и II тысячелетий до н.э., в эпоху Аккадского царства и Саргонидов, аккадский язык получил письменность, основанную на шумерской клинописи. В этот период, а также в более позднее время на аккадском и шумерском языках были записаны основные литературные произведения, мифы, многое из научных знаний и других достижений шумерской культуры. Все это затем легло в основу ассиро-вавилонской культуры.

                Но, помимо преемственности, для любой культуры важен прогресс. Месопотамская культура ассиро-вавилонского периода этот прогресс совершила. Значительный шаг вперед, по сравнению с шумерами, был сделан в ремеслах, в строительном деле, в прикладном  искусстве. Основные направления в искусстве остались те же, но их художественная форма позволяет безошибочно определить, к какой культуре — шумерской или ассиро-вавилонской — относится то или иное произведение. Ассиро-вавилонские искусство более монументально, во многом более реалистично с художественной точки зрения, чем шумерское.

                В древнем Двуречье не существовало теории государства, созданной лишь много позднее, в Греции. Но практика государства, система эффективного управления крупной державой была великолепно разработана и в Ассирийской державе, и в Вавилонии. На смену шумерским разрозненным городам-государствам пришел совершенно новый тип правления — с жесткой иерархической структурой,  с разветвленным чиновничьим аппаратом, с абсолютным подчинением царю. Классический образец древневосточной деспотии — Ассирийское царство. По тому же принципу было впоследствии построено и Персидское царство, чьи правители, подобно ассирийским царям, сумели завоевать едва ли не всю Азию.

                Ассиро-вавилонская культура сыграла весьма значительную роль в политическом становлении Двуречья в более поздние периоды, и оставила заметный след в истории мирового искусства. Монументализм ассиро-вавилонской скульптуры, в частности, во многом определил стилевое развитие культуры Древней Персии как в эпоху ее расцвета, так и позднее. А многие элементы художественной культуры Древней Месопотамии дошли практически в неизменном виде до современности — прежде всего, конечно, глиптика — резные каменные цилиндры, в древности служившие личными печатями, а в наши дни использующиеся ближневосточными женщинами исключительно как украшения.

 

 

                Боги — чужие и свои

                В религиозном плане от шумеров ассиро-вавилонская культура переняла прежде всего культ Инанны-Иштар, Венеры. Почитание этой богини тесно переплелось с первобытными верованиями в богиню-мать, дарующую жизнь и плодородие.

                Собственно, шумерская мифология, в ее более позднем варианте, обогащенная аккадскими божествами, легла в основу ассиро-вавилонской мифологии, хотя и с некоторыми важными изменениями.

                Начать с того, что упоминания о собственно семитских богах в Месопотамии вообще отсутствуют, все аккадские боги были так или иначе заимствованы у шумеров. Даже во времена Аккадского царства, когда были записаны основные мифы на шумерском и аккадском языках, это были шумерские мифы, и боги в этих текстах носили преимущественно шумерские имена. Так что современные знания по аккадской мифологии в значительной степени спроецированы с вавилонских верований.

                Основной текст, помогающий воссоздать систему ассиро-вавилонских верований — эпическая поэма “Энума элиш”, названная по первым словам, означающим “Когда вверху”. В этой поэме дается картина творения мира и человека, сходная с шумерской, но более сложная по сравнению с ней. У вавилонян появляются довольно сложные религиозные концепции, вроде существования нескольких поколений божеств, более молодые из которых сражаются со старшими и одерживают над ними верх. Роль “младшего” поколения в этой битве отводится шумерским богам, от которых впоследствии произошли все боги вавилонского пантеона, начиная с Мардука, верховного божества.            У ассирийев, соответственно, место Мардука занимает Ашшур.

                Тенденция к выделению одного верховного бога, повелевающего всеми остальными, напрямую связана с общественным развитием Месопотамии в ассиро-вавилонскую эпоху. Объединение страны под властью единого правителя предполагала унификацию религиозных верований, наличие верховного бога-правителя, передающего свою власть над людьми законному царю. Среди богов, как и среди людей, на смену общинному строю приходит деспотическая монархия.

                Общая для шумеро-аккадских и ассиро-вавилонских мифов тема — всемирный потоп. И там, и там сюжет одинаков — боги, разгневавшиеся на людей, насылают на землю грозу, под водами которой гибнет все живое, за исключением одного праведника со своей семьей, спасшегося благодаря покровительству кого-то из главных богов.

                Интересно, что все месопотамские мифы о потопе связаны с ливневыми дождями, насылаемыми богами. В этом, несомненно, кроется объяснение тому почтению, с каким в Двуречье во все периоды относились к богам непогоды, гроз и ветров. Способность повелевать разрушительными грозами и ветрами еще с шумерских времен приписывалась, помимо “специальных” божеств, еще и всем верховным богам — в частности Энлилю и его сыновьям Нингирсу и Нинурте.

                Ассиро-вавилонская мифология отличается от шумерской прежде всего тем, что вавилоняне и ассирийцы практически не вводят в пантеон героев-полубогов человеческого происхождения. Исключение составляет, разве что, Гильгамеш. А практически все легенды о людях, ставших равными богам, в ассиро-вавилонской литературе имеют четко выраженное шумерское происхождение. Зато вавилонские и ассирийские боги совершают гораздо больше великих подвигов, чем шумерские.

                Возникновение новой формы государственного правления отразилось не только на общем характере ассиро-вавилонской мифологии. В ассиро-вавилонский период появляется концепция “личных” божеств. Подобно тому, как царь служит защитником и покровителем для любого из своих подданных, каждый подданный имеет собственного бога-хранителя, а то и нескольких, каждый из которых противостоит тем или иным группам демонов и злых божеств, нападающих на человека.

                Неизменной с шумерских времен осталась общая структура месопотамского пантеона — три высших бога, которым подчинен совет верховных богов (семь или двенадцать божеств, повелевающих теми или иными природными силами и явлениями). Однако, с течением времени верховный бог становился средоточием основных сил и власти в мире. Так, вавилонский Мардук в конце концов объединил в себе черты таких древнейших божеств, как Энки и Энлиль, а позднее ему стали приписывать едва ли не все “божественные полномочия”. ТО же происходило и в Ассирии, где Ашшур окончательно превратился почти что в единого бога. Однако, надо отметить, что ассиро-вавилонская монолатрия, выделявшая одного бога-правителя, так и не переросла в монотеизм, присущий в ярко выраженной форме древнееврейским верованиям и иудаизму вообще.

                Основываясь на клинописных текстах того периода, современные ученые сумели примерно воссоздать картину мироздания, каким его видели вавилоняне и ассирийцы. По их представлениям, весь мир плавал в некоем мировом океане. Земля уподоблялась плоту, а небесный свод накрывал его подобно куполу. Небо делилось на три части — “верхнее небо, где обитает отец богов Ану, среднее небо, принадлежащее Мардуку, и нижнее небо, единственное, которое видят люди. Над этими небесами расположены еще четыре. Там расположены Луна и Солнце, оттуда на землю нисходит свет. Небесный купол отгорожен от волн мирового океана высоким земляным валом. Землю и небо соединяют крепкие канаты, привязанные к вбитым в края земли колышкам (в представлении вавилонских жрецов-астрономов, эти канаты видны людям как Млечный путь).

                Земля, как и небо, делится на три части. Верхний уровень, принадлежащий Энлилю, населен людьми и животными. Средний ярус — речные воды и подземные источники, принадлежащие Эйя — одному из трех высших богов. Наконец, третий, нижний ярус — владения Нергала, подземное царство, где обитают все боги земли.

                Небо, согласно ассиро-вавилонским представлениям, являло собой прообраз всего, что существует на земле. Все города и страны, все крупнейшие храмы имеют свой небесный образ. План Ниневии, например, с начала времен был начертан на небесах. Хрпам Мардука, расположенный на “среднем небе”, был ровно вдвое больше своей земной копии. На небе, как и на земле, существовали страны, известные житеям Месопотамии, и их взаимное расположение совпадало с реальной политичесокй картой региона.

                Таким образом, ассиро-вавилонская мифология представляет собой по сравнению с шумеро-аккадской шаг вперед по направлению к формированию единой монотеистической религии. Патриархальный, общинный характер шумерского пантеона не находит опоры в эпоху жесткого государственного строя месопотамских царств. Разрозненные верования объединяются в единую унифицированную систему воззрений с довольно сложными внутренними связями.

 

                Двуречье и библейские легенды

                Ассиро-вавилонская культура, равно как и предшествовавшая ей шумерская с самого их открытия в XVIII веке таили массу сюрпризов для европейских ученых. Главные из этих сюрпризов оказались связаны с Библией — книгой, которая долгие века считалась подлинной и непререкаемой исторической книгой, древнейшим из известных человечеству священных текстов.

                Какое-то время с начала археологических работ на Ближнем Востоке данные Библии просто подтверждались, что само по себе было сенсацией для зараженных скептицизмом по отношению к Священному Писанию европейских ученых. Оказалось, что действительно существовали города и племена, о которых написано в Библии  — Вавилон и Ниневия, народы хеттов и халдеев.

Халдеи (хальду)— семитские племена, обитавшие на юге Месопотамии, южнее Вавилона. Набопаласар, основатель Нововавилонского царства, происходил из халдеев.

Имена библейских царей — Навуходоносора, Нимврода — были вовсе не выдумкой, эти имена начертили в незапамятные времена строители месопотамских храмов и дворцов. Нашла свое подтверждение история о потопе — в глубинных слоях земли при раскопках шумерского города Ур археологи наткнулись на плотный слой тины толщиной в два с половиной метра, который мог оказаться в этих местах только, если бы его намыло громадными морскими волнами или вышедшей из берегов и затопившей всю долину реке.

                Но после того, как в руки исследователей в XIX веке попали и были успешно расшифрованы ассиро-вавилонские письмена, ученым стало ясно, что многие из библейских легенд — на самом деле лишь переработанные мифы гораздо более древнего, чем евреи, народа. По мере того, как на свет из раскопок появлялись все новые таблички с клинописными текстами, обнаруживалось все больше заимствований, сделанных библейскими авторами из шумеро-аккадской и ассиро-вавилонской культуры. Приведем некоторые из этих заимствований — наиболее известные из библейских историй, входящие в Книгу Бытия — историю древних евреев.

                Авраам, один из праотцев еврейского народа, был выходцем из “Ура халдейского”, откуда он вывез меры весов, такие как сикль (шекель) и мина, распространившиеся впоследствии по всему Востоку. В том же Уруке предки Авраама молились проклятому библией “золотому тельцу” — быку, древнейшему из символов плодородия и силы, распространенных на Ближнем Востоке.

                Библейская легенда о всемирном потопе и о спасении праведного Ноя со своей семьей и животными также позаимствована евреями у шумеров. В Южном Шумере еще в глубокой древности была записана легенда о том, как боги решили покарать людей, переставших чтить небесных творцов. Только правитель города Шуруппака Ут-напиштим, получив предупреждение от верховного бога Ану, сумел спастись от наводнения. Детали шумерской и библейской легенды совпадают практически полностью.

                Библейская легенда о Моисее, которого мать положила в просмоленную корзинку и бросила в воду, чтобы спасти незаконного сына от смерти, таинственным образом повторяет историю первого властелина Месопотамии  — Саргона Древнего, который именно таким образом описывал собственное детство.

                В библейских книгах, в более поздних трудах еврейских теологов и христианских авторов нередко упоминается имя Астарты, мифической повелительницы порока. Не составляет большого труда заметить, что Астарта — это вавилонская Иштар, шумерская Инанна, богиня любви, которая благодаря Библии на долгие века приобрела статус проклинаемого божества. Трудно с уверенностью сказать, почему одно из древнейших верований человечества приобрело столь негативную окраску в Библии, но факт остается фактом — древние евреи не признавали ни единого бога, кроме Яхве, и проклинали всех прочих богов и богинь.

                Много общего обнаружили современные религиеведы и в символизме шумеро-аккадских и ассиро-вавилонских мифов, с одной стороны, и библейских сказаний — с другой. Змея как объект религиозной ненависти в обеих культурах, бык — масса символов перешла из месопотамской мифологии в библейскую. Но тема эта сама по себе столь обширна, что заслуживает отдельного исследования. Более того, уже неоднократно предпринимались вполне успешные попытки изучить и систематизировать параллели между библейской традицией и месопотамскими мифами.          

 

                Когда руины заговорили

                История Древней Месопотамии в том виде, в каком мы знаем ее сегодня — история исчезнувших цивилизаций, на века вперед определивших развитие этого обширного региона, культур, подаривших человечеству массу бесценных знаний, вряд ли будет полной без истории открытия этих цивилизаций. Если бы не самоотверженная работа археологов, лингвистов, историков, мы бы не знали о древней истории и сотой доли того, что знаем о ней сегодня. Поэтому только справедливо будет вкратце рассказать о тех, благодаря чьим усилиям история Древнего Востока вышла из многовекового забвения.

                Прежде всего, конечно, следует упомянуть археологов. Не одно их поколение сменилось на развалинах древних городов Месопотамии, а открытия все продолжаются, и вряд ли настанет тот момент, когда будет написана последняя страница древней истории человечества.

                Интерес к Востоку у европейских историков появился довольно давно — еще в семнадцатом веке, когда итальянский купец Пьетро делла Валле привез в Рим таблички с высеченными на них странными клинописными знаками. Долгое время никто не знал, как подступиться к чтению этих значков, не было даже понятно, письменность это или просто узоры на камне.

                Постепенно в руки исследователей попадало все больше таких надписей, вывезенных из Древней Персии — могучего государства, с которым враждовали древние греки, и которое в конце концов подчинил себе Александр Македонский, завоевавший половину стран, известных в его времена. Сами по себе древнеперсидские надписи таили в себе массу возможных открытий, а вскоре стало очевидно, что на одной и той же табличке бывали высечены тексты на двух языках — древнеперсидском и каком-то еще, гораздо более древнем и сложном.

                Первый по-настоящему серьезный шаг к расшифровке клинописи сделал английский офицер Генри Роулинсон. В 1837 году он впервые взялся за расшифровку клинописных надписей с памятника царю Дарию I. Обладая познаниями в арабском языке, Роулинсон  сумел прочитать надпись сделанную на древнеперсидском и предположил — совершенно правильно —  что две другие надписи, также выполненные клинописными значками, хотя и других очертаний, говорят о том же. Роулинсон заложил основу для дешифровки надписей, сделанных на более древнем языке, но не сумел разгадать их.

                Лишь позднее языковеды предположили, что эти надписи могли быть сделаны на одном из семитских языков — ведь еще из Библии, главного на тот момент источника сведений о древнем мире, было известно, что в Месопотамии с давних пор говорили на семитских языках. С помощью множества лингвистов, владевших современными семитскими языками, и в особенности знатоков древнееврейского, удалось расшифровать первые надписи на древнем языке.

                Интерес к Древнему Востоку разгорелся с новой силой. В своих попытках проникнуть сквозь толщу времен европейские ученые вышли из университетских кабинетов, вооружились лопатами и отправились на поиски занесенных песком руин древних городов.

                Первым археологом, начавшим раскопки в Месопотамии, стал итальянский врач и дипломат Поль Эмиль Ботта. В 1842 году он приехал в эти края, находившиеся под властью Турции, в качестве представителя французского правительства в одной из отделанных провинций. Но настоящее задание Ботта было вовсе не дипломатическим. Первые расшифрованные надписи на древних языках подтверждали библейские рассказы о несметно богатых и пышных городах древности. Французское правительство, взбудораженное этим открытием, поручило Ботта ни много ни мало — найти библейский город Ниневию, столицу древних царей Месопотамии.

                Ни сам Ботта, ни кто другой не знали, где находятся развалины этого города — даже местные жители-арабы не могли толком ничего посоветовать. Больше года Ботта проводил совершенно безрезультатные раскопки холмов, в изобилии покрывавших всю месопотамскую землю — могил, в которых погребена человеческая культура. Он было совсем отчаялся, когда удача вдруг улыбнулась ему. При раскопках одного их отдаленных холмов Ботта нашел искусно обработанные алебастровые плитки, затем еще и еще. В изобилии попадались ему глиняные таблички, испещренные клинописными знаками. Эти таблички вызывали особенный ужас у рабочих-арабов, помогавших дипломату-археологу — кирпичи, исписанные демонами и обожженные в пламени ада, как гласил Коран — священная книга арабов. Следующее открытие повергло их в еще больший ужас, а самого Ботта окончательно убедило в том, что перед ним лежит в руинах древняя столица Ассирии. Это были каменные быки — с бородатой человеческой головой и могучими птичьими крыльями за спиной. Вдохновленные успехом, Ботта и его последователи несколько лет раскапывали холм близ деревни Хорсабад. Из-под груд песка и тысячелетнего мусора стали проявляться очертания огромного дворца, украшенного в незапамятные времена резными алебастровыми плитами и глазурованными кирпичами. Но работы были прерваны, и лишь много лет спустя, в тридцатые годы XX века, американские археологи довели до конца раскопки и выяснили, что Ботта все-таки ошибся. Он нашел не Ниневию, а другой, почти столь же пышный, хотя и совершенно неизвестный ученым ассирийский город — Дур-Шаррукен, резиденцию царя Саргона II.

                Честь открытия Ниневии — города, проклятого библейскими пророками, города, самое имя которого словно магнитом притягивало к себе исследователей, принадлежит не Ботта, а англичанину Остину Генри Лэйярду, который спустя лишь несколько лет после открытия Ботта приехал на те самые холмы, которые до него безрезультатно раскапывал итальянец.

Остин Генри Лэйярд (иначе Лейард, 1817 — 1894) — английский археолог и дипломат.

Основываясь на местных неясных легендах, Лэйярд начал раскопки на том берегу Тигра, который не был затронут рабочими из экспедиции Ботта. И он нашел — сперва город Калах и дворец царя Нимврода, о котором писала Библия, а вскоре — и Ниневию, с ее дворцами и каменными быками.

Калах (Кальху) — столица Ассирии в IX-VIII вв. до н.э.

Но лишь после его отъезда из Месопотамии на развалинах царских дворцов Ниневии было найдено главное богатство этого города — библиотека Ашшурбанипала, последнего властителя Ассирии перед тем, как могучее царство было сметено с лица земли войсками вавилонян — извечных соперников Ассирии. В 1854 году тридцать тысяч глиняных табличек были обнаружены в развалинах царского дворца, бережно упакованы и вывезены в Англию. Благодаря обнаружению этого бесценного материала изучение ассирийской клинописи началось с новой силой.

                Сразу стало ясно, что ассирийское письмо гораздо сложнее более поздней персидской клинописи. Персы пользовались четырьмя десятками знаков, у ассирийцев подобных знаков насчитывалось свыше четырехсот. Кроме того, если у персов один значок обозначал один звук, то ассирийцы могли обозначать значком слог, группу слогов, а то и целое слово. И все же учение из всех европейских стран не оставляли попытки прочитать древние тексты.

                Особенно преуспели в этом Генри Роулинсон — первопроходец в области расшифровки клинописей, и его ученик Джордж Смит. Именно Смит в 1872 году, читая таблички из библиотеки Ашшурбанипала, наткнулся на текст, полностью перевернувший взгляды ученых на библию и на саму историю человечества. Смит сумел прочитать ассирийское сказание о всемирном потопе — том самом, который, согласно Библии, уничтожил все человечество, оставив в живых только праведного Ноя. Но ассирийский текст был гораздо древнее библейского. А это означало, что еще до библейских времен на Востоке существовала высокоразвитая культура, чьи мифы и религию позаимствовали евреи.

                Текст ниневийского мифа о потопе был неполным, и Смит отправился в новую экспедицию в Месопотамию с целью отыскать недостающие таблички с текстом. В своих поисках он наткнулся на довольно большое собрание клинописных табличек, правда, гораздо южнее Ниневии, в раскопках холма Джумджума. Смиту не удалось полностью провести раскопки этого холма, и через несколько лет туда отправилась немецкая экспедиция, возглавляемая историком и археологом Робертом Кольдевеем. Именно он в 1898 году отправился в Месопотамию, имея перед собой определенную задачу — отыскать библейский Вавилон.

                Попытки раскопать холм Джумджума, где Смит нашел три тысячи тщательно упакованных в глиняные сосуды и прекрасно сохранившихся табличек, предпринимались и до Кольдевея, но именно ему принадлежала честь открытия этих развалин, которые — в полном соответствии с ожиданиями ученых всех стран — оказались остатками Вавилона, “врат Бога”, прекраснейшего города Древнего Востока.

                Кольдевей провел в Вавилоне 18 лет, обеспечив исследователей — историков, искусствоведов, лингвистов — материалом для работы на многие годы вперед. Под его руководством была совершена еще одна, не менее важная находка — в 1903 году археологическая экспедиция Вальтера Андре, помощника Кольдевея, обнаружила развалины города, ставшего многие века назад колыбелью великого Ассирийского царства. Это был город Ашшур, священное место для всей Древней Ассирии, где находились могилы царей, храм бога Ашшура — покровителя страны, и храм Иштар — Венеры, Утренней звезды, богини, которую ассирийцы почитали выше всех прочих. Как и все города Месопотамии, Ашшур был украшен многоступенчатым зиккуратом — храмовой башней. И Вавилон, и Ашшур подарили исследователя массу произведений искусства — рельефы, статуэтки, позволившие воссоздать интереснейшую картину жизни и воззрений древних ассирийцев и вавилонян.

                Чем больше клинописных текстов попадало в руки ученых, тем больше мир узнавал о древнейших цивилизациях, обитавших в пустынном, почти безжизненном, а некогда цветущем краю. В наши дни, благодаря усилиям нескольких поколений археологов, историков и лингвистов, в значительной степени удалось воссоздать картину древних цивилизаций Месопотамии — шумеро-аккадской и ассиро-вавилонской. Об этих цивилизациях написано множество книг — от сугубо научных, посвященных специальным вопросам ассиро- и шумерологии, до научно-популярных, освещающих быт и повседневную жизнь этих древних народов, от которых до потомков дошли лишь развалины некогда прекрасных дворцов, изделия искусных ремесленников, да глиняные таблички, покрытые узором из клинышков, непонятным на первый взгляд, но способным поведать многое о тех, кто когда-то нанес этот “узор” на влажную глину, высушил табличку на солнце, и спрятал ее в глиняный “конверт”, сохранивший текст гораздо дольше, чем мог предполагать его автор.

 

Литература:

Зайцев А., Лаптева В., Порьяз А. Мировая культура: Шумерское царство. Вавилон и Ассирия. Древний Египет. – М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2000. — с.: ил. — (Мировая культура).

Категория: КУЛЬТУРА ДРЕВНЕЙ МЕСОПОТАМИИ | Добавил: konan (23.11.2008)
Просмотров: 9775 | Рейтинг: 4.3/6
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]