Семь тысяч лет Библа

История Финикии нам относительно мало известна. До наших дней дошел лишь ряд финикийских надписей. В основном они носят посвятительный характер и с исторической точки зрения малосодержательны. Сведения об истории Финикии приходится черпать из египетских и ассирийских хроник, книг Ветхого Завета, а также текстов античных авторов. Многое помогают понять и археологические раскопки.

Библ – единственный город на территории Финикии, об истории которого в III тысячелетии до нашей эры мы хотя бы что‑то знаем.

После находки саркофага Ахирама Библского в селении Джу‑бейль начались тщательные раскопки. В 1930 году французские власти, управлявшие Ливаном по мандату Лиги Наций, выкупили все дома в Джубейле, мешавшие работе археологов. Постройки были немедленно снесены. Территория раскопок все расширялась.

Впрочем, современные историки неодобрительно относятся к работе французского археолога Пьера Монтэ. Так, в академическом издании «Истории Древнего Востока», выпущенном под редакцией Г.М. Бонгард‑Левина в 1988 году, отмечено: «К сожалению, раскопки французской экспедиции Монтэ в Библе проводились настолько безобразно, что дата протобиблских надписей неизвестна даже с точностью до тысячелетия (!)».

Однако преемник П. Монтэ М. Дюнан, пробившись сквозь различные культурные слои, убедился, что место, названное впоследствии Библом и Джубейлем, было заселено около семи тысяч лет назад. Тогда здесь появился небольшой рыбацкий поселок. Он был застроен скромными, однокомнатными хижинами овальной формы. Их стены и крыши были сооружены из нестойких материалов – ветвей и шкур – и обмазаны глиной, а пол усыпан известняковой крошкой. Площадь подобного жилища составляла не более 4 – 5 квадратных метров; оно напоминало, скорее, убежище, где прятались от непогоды и диких зверей, чем настоящее жилье.

Прямо под полом хижины хоронили умерших: рыли канаву и усаживали туда покойника. Возможно, это делалось, чтобы уберечь его от зверей или соблюсти некий непонятный нам ритуал.

Стоит заметить, что племена, населявшие Ливан, довольно поздно перешли к оседлому образу жизни. В то время как в Иерихоне, – там же, на Ближнем Востоке, – уже возникло первое поселение городского типа, обнесенное стенами, в горном Ливане, как и тысячи лет назад, бродили охотники и собиратели пищи. Так что не права была местная традиция, считавшая Библ самым древним городом мира (по финикийскому преданию, его возвел бог Эл).

Лишь в позднем неолите, когда люди уже научились изготавливать сосуды из глины, на территории Ливана появились первые поселения. Основу их экономики составляли выращивание ячменя и пшеницы, разведение коз, овец, коров и свиней. Остатки такой деревни обнаружены в нижнем слое Библа.

Долгое время первые жители Библа – рыбаки – вели скромный образ жизни. Лишь пять с половиной тысяч лет назад что‑то стало меняться. В IV тысячелетии до нашей эры Библ был обнесен стеной и превратился в большой поселок, где проживали ремесленники и торговцы, а затем и в город.

Дома стали строить крупнее и основательнее; теперь они были правильной прямоугольной формы (встречались также круглые постройки), а их плоскую крышу украшал конек. Саму крышу настилали из тонких стволов хвойных деревьев и обмазывали глиной. Часть найденной здесь керамики, по замечанию известного российского археолога Н.Я. Мерперта, «близка находкам керамического Иерихона».

Дома, как и прежде, были однокомнатными. Нередко, когда семья расширялась, дома пристраивали друг к другу; так возникали целые жилые комплексы, иногда обнесенные валом. Это чрезвычайно запутывало планировку города, – а к середине IV тысячелетия до нашей эры здесь появились многочисленные переулки и тупики, в которых легко мог заплутать чужеземец. В отношение Библа, как и других подобных городов древности, вполне справедливы слова протоиерея Александра Меня: «Город – это скопление жилищ, как бы в страхе жмущихся друг к другу, обычно обнесенных стеной».

В конце того же IV тысячелетия до нашей эры местные жители все чаще пользуются металлическими орудиями. Очевидно, Библ поддерживает отношения с одним из тогдашних центров производства меди. К этому времени медные орудия труда и оружие получили широкое распространение в Библе. Здесь встречаются также остатки золотых и серебряных украшений.

Горожане хоронят своих покойников по‑прежнему под полом жилых домов, но теперь их тела перед погребением помещают в большие керамические сосуды. При раскопках в Библе обнаружено более 1800 подобных захоронений. Там же лежали кубки и кувшины, в которых хранились еда и питье; ими снабжали покойных, веруя, что съестное понадобится в загробной жизни.

Местная керамика напоминает, кстати, сирийскую и месопотам‑скую. Очевидно, жители Библа еще пять тысяч лет назад поддерживали торговые отношения с этими регионами.

Однако свой подлинный расцвет Библ переживает в III тысячелетии до нашей эры. Он превращается в благоустроенный город. Деревянные дома сменяются каменными зданиями с покатой крышей, по которой стекала вода после сильных дождей. Посреди здания высился деревянный столб, подпиравший крышу. Вдоль стен тоже вкапывали столбы; они поддерживали потолочные балки.

Городские улицы, мощенные булыжником, были достаточно широки даже для проезда повозок. Улицы концентрически сходились к центру города. Система сточных каналов помогала отводить дождевые воды и нечистоты.

В городе развернулось оживленное строительство. Появились монументальные постройки: например, был возведен храм на каменном фундаменте. Однако точная датировка отдельных археологических слоев пока вызывает споры. В центре города лежало «священное озеро», питаемое ключами. По его сторонам располагались два крупных святилища.

К северо‑западу от озера находился храм Баалат‑Гебал, «хозяйки» Библа, – самый древний финикийский храм, раскопанный М. Дюнаном. Это святилище состояло из нескольких комнат, пристроенных одна к другой и расположенных вокруг просторного двора.

По легенде, Библ был любимым городом богини. Ведь именно здесь она (ее отождествляли также с египетской богиней Исидой) нашла останки своего мужа – Осириса – и, возвращаясь с ними в Египет, воскресила его. Вот что говорит египетский миф, пересказанный Пьером Монте: «Во времена, когда боги еще жили на земле, гроб Осириса, брошенный Сетхом в Нил, поплыл вниз по Танисскому рукаву. Море выбросило его близ Биб‑ла, и здесь огромное дерево поглотило его. Вскоре к этому волшебному дереву пришла Исида. Она села подле воды, и когда служанки царицы Библа пришли с кувшинами за водой, она причесала им волосы и пропитала их чудным ароматом, исходившим от нее. Тронутая такой добротой, царица подарила Исиде священное дерево, в котором было заключено тело ее супруга» (пер. Ф.Л. Мендельсона).

Почти одновременно с храмом Баалат было сооружено и другое святилище – храм Решефа, бога войны и бури. Здесь, несмотря на поздние пристройки, хорошо выделяется исконная структура храма: просторная целла, к которой примыкал двор с несколькими строениями. В центре святилища находился высокий каменный обелиск (сохранилась лишь часть его). В углах храма стояли другие священные камни. Много их было и во дворе. Недаром археологи назвали это святилище «храмом обелисков». Здесь же найдено роскошное бронзовое оружие. Ведь Решеф изображался обычно в виде бога, вооруженного луком.

Снаружи город опоясывала мощная каменная стена с двумя воротами: одни из них выходили к морю; через другие можно было попасть в город по суше. Стена просуществовала вплоть до эллинистической эпохи.

Захоронения, относящиеся к концу III тысячелетия до нашей эры, – а теперь людей погребали за пределами поселения, – выглядят довольно пышно. Очевидно, жители Библа были людьми богатыми и не случайно окружили свой город массивной стеной, оберегая себя от вторжения кочевников. Ведь скотоводческие племена, населявшие степные и пустынные области, с незапамятных времен стремились захватить подобные оазисы и разграбить их.

Но почему жители Библа так быстро разбогатели? Что ценного отыскали они в окрестности города? Месторождения меди? Россыпи золота? Нет, лес! Расцвет города связан с торговлей лесом. Отныне его вывозят в Египет.

Что могли увидеть кочевники, оказавшись в окрестности Биб‑ла? Совершенно непривычные им пейзажи. Вместо голых равнин – крутые склоны, густо поросшие елями, кипарисами и кедрами, а также видневшиеся вдали заснеженные вершины. Вместо пересыхающих ручьев – бурные горные реки. Вместо скудных пастбищ – плодородные поля и рощи, в которых произрастали смоковницы и оливковые деревья. А каким благодатным был здешний климат! Здесь хлеб родился уже в мае. Здесь бродило множество зверей: пантеры, медведи, дикие овцы. А рядом катились морские волны; их вид пугал и завораживал.

Именно лес, наряду с морем, сыграл главную роль в судьбе финикийского народа. С незапамятных времен Библ славился древесиной. Торговля была делом прибыльным, поскольку соседние страны испытывали недостаток в ней. Так, в Египте росли в основном акации и пальмы, чьи стволы были непригодны для изготовления крупных балок.

В одном из древнейших документов по истории Египта – так называемом Палермском камне (он назван так потому, что хранится в музее итальянского города Палермо) – есть строки, где речь идет о торговле лесом. Сам документ напоминает бухгалтерскую ведомость. Он разделен на несколько полос, в которые записывались различные сведения.

По приказу фараона Снофру, царствовавшего с 2723 года до нашей эры, на этом камне, – точнее говоря, каменной плите шириной более двух метров, – была высечена надпись о том, что «сорок кораблей, наполненных кедрами» (пер. Н.С. Петровского), были доставлены из города, лежавшего у подножия Ливанских гор.

Впрочем, не стоит переоценивать количество древесины, вывезенное египтянами из Ливана, ведь их суда были очень тяжелыми, а экипаж многочисленным. По подсчетам историков, на сорока кораблях Снофру плыло от трех до четырех тысяч человек. Возвращаться обычно приходилось против ветра, на веслах. Поэтому грузоподъемность кораблей была небольшой. Так, из того леса, что доставили по приказу Снофру, через год построили всего три корабля. Кроме того, фараон велел изготовить из кедровой древесины врата царского дворца.

Поговорим подробнее о том, как проходила подобная экспедиция. Снаряжали большую флотилию, выходили в море и при попутном ветре в течение четырех‑пяти дней достигали какой‑нибудь бухты на ливанском побережье. Здесь вербовали местных жителей и шли рубить лес, стремясь выбрать место поближе к берегу. Удобнее всего было заготавливать лес в районе между Бейрутом и Батруной. Тут имелось много естественных бухт, а горы, поросшие лесом, подходили близко к берегу. В этом районе и теперь встречаются остатки кедровых лесов.

Во время заготовок всю многочисленную команду приходилось снабжать питанием. Здесь же заготавливали провиант на обратную дорогу. Его покупали у местных жителей, причем платить приходилось столько, сколько запрашивали. Действовать силой было нельзя, потому что туземцы немедленно скрывались в горах и египтяне не могли их покарать. Египтяне вели себя мирно и со временем стали перекладывать всю работу – рубку леса и доставку его к берегу – на местных жителей, закупая у них заготовленный лес.

Стволы деревьев валили топорами, затем подвозили на бычьих упряжках к побережью и там перегружали на корабли.

Любопытно, что египтяне доставляли лес не в ближайшую к Библу – восточную – часть Дельты, а в ее отдаленную – западную. На это указывают и археологические находки, и письменные сообщения. Причина не только в опасностях, которые таило плавание в восточную Дельту, – порой туда вторгались племена, кочевавшие по Синайскому полуострову и Южной Палестине. Дело, скорее, в другом: груженные лесом морские корабли могли сесть на мель в восточных рукавах, и лишь западный проток был достаточно глубок для плавания внутрь страны. Не случайно, что именно в западной части Дельты впоследствии будут основаны греческая колония Навкратис и Александрия.

Жители Египта называли Ливан, учитывая его рельеф, «Лучшей из террас», а также «Плато кедра». Эти величественные деревья росли в Ливанских горах повсюду. Известно, что египтяне стали снаряжать сюда экспедиции за древесиной задолго до основания Древнего царства. Еще в додинастических захоронениях в Египте находят древесину хвойных деревьев, которая могла попасть сюда только из Ливана.

Египтяне вывозили оттуда стволы кипариса, пиний, древовидного можжевельника. Но больше всего их интересовал кедр (Cedrus libani) – дерево семейства сосновых, произраставшее в отдельных уголках Средиземноморья: в Ливане, в прибрежных горах Сирии и Малой Азии. Кедры росли также на Кипре и в Северо‑Западной Африке: кедр кипрский (Cedrus brevifolia) и кедр атласский (Cedrus atlantica). Для египтян удобнее всего было плавать за лесом в Ливан – в Библ.

Правда, местность казалась им очень дикой: горы и густые леса, туманы и дожди, дикие звери и разбойники – все было в новинку для них, все было непохожим на их родную страну. В египетской «Сказке о двух братьях» младший брат, спасаясь от расправы, бежит на край света – в Долину Кедра, где не встретить людей. «Дни проводил он в охоте за дичью пустыни, вечером ложился спать под кедром» (пер. М.А. Коростовцева).

Воистину кедр достоин был одних лишь похвал. Это дерево высокое и величественное. Недаром власти современного Ливана поместили его силуэт на свой государственный герб. В древности кедр считался царем деревьев. Его качества вошли в поговорку. Так, в Библии сказано, что праведник «возвышается, подобно кедру на Ливане» (Пс. 91, 13). У пророка Иезекииля даже «мировое древо» предстало в образе ливанского кедра, растущего в Божьем саду (Иез. 31). Пророк Исаия веровал, что настанет день, скончаются времена, и «слава Ливана» с его кедрами и кипарисами грядет в Новый Иерусалим (Ис. 60, 13). Лишь перед Богом бессилен ливанский кедр. «Глас Господа сокрушает кедры; Господь сокрушает кедры Ливанские» (Псалом 28, 5).

Во все времена кедр впечатлял чужестранцев. «Был кедр на Ливане с красивыми ветвями и тенистою листвою, и высокий ростом», – сказано в Книге Иезекииля (31, 3). На открытых местах кедр достигает сорока метров в высоту и четырех метров в ширину. Его ветви причудливо изгибаются, напоминая крыши пагод. Стоит зайти под сень кедра, как оказываешься в особом мирке. Со всех сторон над тобой нависают громадные ветви; необычно переливаются свет и тень. В жаркие дни тебя овевает опьяняющий, сладковато‑терпкий запах. Ни насекомые, ни грибы не могут причинить особого вреда кедру.

Конечно, современные кедры, суковатые и разветвленные, несколько далеки от библейских описаний, но эти деревья сызмальства повреждены снегопадами и козами, глодающими их. В заповедниках кедры вырастают прямыми и стройными.

Критики считают древесину кедра мягкой и нестойкой, но это верно лишь отчасти. Да, слой, лежащий прямо под корой, действительно, невысокого качества, зато сердцевина очень тверда.

При строительстве судов египтяне сооружали из привозного кедра лишь каркас корабля; все остальное изготавливали из местных материалов. Чтобы улучшить продольную остойчивость, обвязывали корабль канатами, крепко стягивая нос и корму. Для лучшего управления судном увеличивали длину руля до шести‑восьми метров. Руль старались изготовить тоже из кедра. На мачты же шли стволы других деревьев, – например, киликийской ели или алеппской сосны, – поскольку мачта из кедра очень тяжела.

С незапамятных времен египтяне использовали древесину кедра не только для строительства кораблей и зданий, но и для приготовления вязкой, светло‑коричневой смолы. Ей окуривали помещения и умащали тело; ей пропитывали ткани, которыми обертывали останки фараона при мумификации; ей заполняли полости его тела. Поэтому кедр считался в стране фараонов священным деревом.

Большая часть кедра, привозимого из Ливана, использовалась в культовых целях. Из его древесины мастерили саркофаги, сооружали своды гробниц, строили погребальные ладьи. В эпоху Древнего царства такие ладьи достигали порой пятидесяти метров в длину. Ритуальные ладьи можно было встретить в любом египетском храме, ведь боги, как люди, тоже передвигались на кораблях.

Так что экспедиции в Ливан были не только коммерческим предприятием, но и своего рода паломничеством – поклонением кедру. В Ливан ехали не только заработать деньги на торговле ценной породой дерева, но и почтить своих богов кедровой смолой Библа. Любая экспедиция, направлявшаяся в Библ, была еще и прославлением порядка, установленного богами. Ведь по их промыслу горы Ливанские покрылись убранством из кедров.

Деревья эти почитали, любили, ценили. Рубка кедра на постройку храмов считалась богоугодным делом. Раввин Йоханан, толкователь Ветхого Завета, проникновенно восклицал: «Мир недостоин пользоваться кедром. Для чего же тогда был создан кедр? Ради храма!»

Все это объясняет, почему египтяне издавна относились с уважением к Библу. Для них благословен был народ библский, поселенный богами в городе, стоявшем под сенью кедров. В Египте было создано даже учреждение, ведавшее поставками леса из Ливана, – «Дом кедра». Какие бы смуты ни волновали Египет, вновь и вновь из страны фараонов к берегам Ливана отправлялись посланники, «чтобы доставить строительный лес для великой священной ладьи Амона‑Ра, царя богов», как сказано в отчете о путешествии одного из таких гонцов – Ун‑Амона, о котором мы расскажем ниже. Фараон Тутмос III (1483 – 1450 гг. до н.э.) емко сказал о кедре: «Это дерево, которое Он (бог Амон. – А.В. ) любит».

Сами же египтяне полюбили «хозяйку Библа» – богиню Баалат. В Библе находился ее храм, построенный по образцу египетских храмов. Приезжая в Библ, египтяне поклонялись местным богам, стремясь заручиться их поддержкой и принося им дары. Египтяне, писал П. Монтэ, «построили Баалат храм с помощью местных жителей. Царю они преподносили алебастровые вазы, драгоценности, амулеты, а возвращались с грузом смол, стволами и досками и даже с целыми, построенными на месте судами». Уважение к библским богам сохранилось и через тысячу лет. Когда сановник Сеннефер по поручению Тутмоса III прибыл в Ливанские горы для заготовки кедра, он первым делом принес богатые дары богине Баалат.

Правда, египтяне часто называли чужих богов привычными именами, например, Баалат звали «Хатхор, повелительницей Библа». Это уподобление было неслучайным. В ведении той и другой богини находились погребальные обряды, а поскольку при этом часто использовалась древесина кедра, то и кедр пребывал под особым покровительством Баалат, а затем и Хатхор.

На первых порах жители Библа лишь выигрывали от соседства с Египтом. Они пользовались самыми изысканными товарами страны фараонов; носили египетские одежды и украшения, владели иероглифической письменностью, созданной на берегах Нила. Как мечтали, наверное, кочевники, населявшие степные и пустынные районы Сирии, захватить богатый город Библ! Захватить и разграбить его! Можно ли было от них защититься? А сколько других городов манило номад!

 

Источник:

А.Волков. Загадки Финикии. Вече; 2004 ISBN 5‑9533‑0271‑1

Категория: СИРИЯ, ФИНИКИЯ, ПАЛЕСТИНА | Добавил: konan (17.01.2009)
Просмотров: 823 | Рейтинг: 1.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]