Социально-классовые отношения эллинистического Египта (часть 2)

Отмечая доминирующее положение «царских земледельцев» и ремесленников в сфере производства Египетского государ­ства, Н.Н. Пикус объясняет, что «в условиях Нильской долины иначе не могло быть, так как большого количества рабов долгое время просто не­откуда было взять и негде было разместить без ущерба для плотной массы местного населения, которое само являлось удобным местным объектом экс­плуатации. В этом заключалось своеобразие социально-экономического про­цесса в Египте... в эллинистическое время. В условиях развития Средиземноморского рабовладельческого комплекса, важной составной частью которого был Египет, рабовладельческие методы эксплуатации сельскохозяйственных тружеников, непосредственно, физически работавших в ирригации, на полях и в других отраслях сельского хозяйства, затрудняли проникновение сюда юридически оформленных путем покупки, пленения или неуплаты долга рабочей рабской силы» [121, С.110]. И далее Н.Н. Пикус подчеркивает: «Географические условия Нильской долины создавали возможности для более систематической и более жесткой эксплуатации местных трудящихся масс, чем условия в соседних с Египтом эллинистических странах. Территория Египта однородна, с прекрасным водным путем, пересекающим всю узкую, вытянувшуюся вдоль него густозаселенную страну. Это облегчало сбор доходов в царскую казну и эксплуатацию труда местного населения, от общинной организации которого остались только внешние формы. Эти формы уже практически не защищали жителя комы (т.е. деревни. – Д.К.) от посягательств извне на его труд, имущество и на него самого как физическое лицо… но они использовались птолемеевской администрацией как низовые органы власти, отвечающие за исправное выполнение всех тягот всеми лаой данной деревни… Относитель­но небольшое количество рабов, которое действительно было в Египте, если сравнивать его с количеством рабов в других рабовладельческих странах Средиземноморья, особенно с Грецией и Римом, объясняется имен­но возможностями эксплуатации местного лаой в условиях существования рабовладельческого общества в целом... В эллинистическом Египте основ­ной массой непосредственных производителей действительно были не рабы» [121, С.216-217].

Несомненно, что Египетское государство являлось по своему харак­теру рабовладельческим, но роль рабства в социально-экономической сфе­ре Египта оставалась незначительной в отличие от тех обществ, где ра­бовладение приобрело характер всеобъемлющего и процветающего явления (классическая Греция, Рим).

Действительно, рабство получило в эллинис­тическом Египте слабое распространение в экономической и социальной сферах египетского общества, хотя, как отмечает К.К. Зельин, рабы ис­пользовались в качестве рабочей силы в домашнем хозяйстве, в ремесле, в рудниках (горном деле), в торговле [44, С.104-160]. А.И. Павловская же указывает, что «архив Зенона достаточно наглядно показывает, как просачивается рабский труд в те виды хозяйственной деятельности, в которых он мог успешно конкурировать с трудом свободных:

1.    Организацию и управление (рабы-«агенты», десятники и надсмотрщики).

2.    Обслуживание (повара, кладовщики, привратники, конюхи и т.п.).

3.    Охрану и связь (филакиты, посыльные).Подсобные работы» [13, С.308].

Как считает К.К. Зельин, «периодом притока рабов в Египет и особой заинтересованности в операциях с ними был, по-видимому, ранний период эллинизма… Но этот период длился недолго и во II-I вв. до н.э. уже почти нет указаний на использование рабской  рабочей силы в сельском хозяйстве. В стране было достаточно людей зависимых, ограниченных в своей свободе, вынужденных подчиняться в силу экономических условий или в результате внеэкономического принуждения, чтобы возникла необходимость в массовом ввозе рабов…» [44, С.159].

В качестве источников рабства в эллинистическом Египте выступала прежде всего война. Но при этом в царстве Птолемеев по-разному обращались с военнопленными и населением завоеванных территорий, и участь людей, захваченных в войнах, которые вел Египет в III-II вв. до н.э., и в столкновениях внутри страны была не одинаковой. Одни из них попадали в рудники на границе Нубии. Другие, как часть добычи, были обращены в рабство и переданы воинам, причем в случае уплаты выкупа они могли получить свободу. Наконец, третьи оставались свободными и получали в Египте клеры, которые и должны были возделывать, но подобная участь постигла лишь самую малую часть военнопленных, и в то же время подобная практика была нередкой.

Порабощение свободных не было лишь следствием военных экспедиций и не ограничивалось пленением воинов. В число рабов можно было попасть различным способом. В Сирии и Палестине, которые оказались под властью Птолемеев, процесс порабощения населения происходил в широких масштабах. Подобный способ обогащения был возможен в широком масштабе на подвластной территории за пределами Египта, хотя и в Египте были отдельные случаи порабощения свободных. По-видимому, имели место случаи самопродажи. Несостоятельный должник также мог сделаться рабом. Наконец, в числе источников рабства в эллинистическом Египте следует отметить рождение рабов и торговлю [47,  С.65-66,  115].

Отношение же государства к рабовладению в эллинистическом Египте, по мнению К.К. Зельина, выступает в следующих формах:

1.    Оно извлекает доходы из сделок на рабов и с этой целью устанавливает порядок регистрации владения рабами.

2.    Оно регулирует порядок ответственности рабов и их хозяев в случае правонарушений.

3.    Оно использует (и в чрезвычайно жестоких формах) в особых случаях принудительный труд рабов.

4.    Оно производит в некоторых, по-видимому, редких случаях массовую продажу военнопленных в рабство в фискальных целях [44, С.159-160].

Таким образом, именно в ограниченном применении рабского труда в сферах производства и заключалась одна из специфических черт социально-экономического положения птолемеевского Египта. Впрочем, эта черта была характерна и для предшествующих периодов истории Египетского государства (в частности, данный тезис может быть отнесен к эпохе Нового царства, около 1580 – около 1085 гг. до н.э.), и ее сохранение в эллинистическую эпоху явилось одним из признаков со­хранения патриархального египетского общества.

Говоря об обществе эллинистического Египта, следует упомянуть о ряде социальных категорий населения Египетского царства, которые по своему социальному положению стояли между рабами и юридически свобод­ными людьми, создавая, таким образом, социальную прослойку полусвободно­го населения.

Во-первых, это гиеродулы («священные рабы»), которые, однако, не были раба­ми в прямом смысле слова. Фактически зависимость гиеродулов представляла собой особую форму зависимости в эллинистическом Египте. Гиеродулы – это люди, связанные с храмом. Но эта связь выражается не только в том, что они арендуют участки храмовой земли или работают как ремесленники на храм. Побудительным мотивом для заявлений о посвящении себя божеству была надежда на могущественную защиту храма в случае нужды. Гиеродулы имели семью, имущество, об­ладали правоспособностью и считались как бы состоящими под покровитель­ством храма. Зависимость гиеродулов была наследственной, свободные лю­ди могли добровольно посвятить себя божеству и таким образом стать гиеродулами [52, С.555-557].

В целом же для гиеродулов характерны следующие черты:

1.    Их отношение с храмом основывается на соглашении, вернее, на добровольном подчинении данному божеству.

2.    Они берут на себя обязательство служить храму: обрабатывают землю, занимаются каким-либо ремеслом или обслуживают храм.

3.    Гиеродулы отдают храму часть своего заработка или непосредственно работают на него.

4.    Статус их наследственный, т.е. дети детей гиеродула также признавались зависимыми людьми Бога.

5.    Они пользуются защитой (покровительством) храма [47, С.97-99].

Побудительные мотивы поступавших в гиеродулы могли быть различны: видимо, это делали преимущественно люди, находившиеся в тяжелом материальном положении или же исходившие из хозяйственного расчета, но, вероятно, также и люди, оказавшиеся в затруднительных или опасных обстоятельствах и дававшие при этом обет служения Богу. Однако  все они признавали власть божества над собой и тем самым ограничивали свою свободу, причем делали это по собственной воле, а не по принуждению. Уже этот момент резко отличает их от рабов. Кроме того, гиеродулы сохраняли и правоспособность.

Все это заставляет рассматривать гиеродулию не как рабство, но как форму зависимости, которая возникла и развивалась там, где огромным влиянием среди населения пользовались храмовые организации в Междуречье, Сирии, Малой Азии, Египте. Но в Египте эти организации в конце IV – второй трети I вв. до н.э. находились под контролем государства. В связи с этим, как считает К.К. Зельин, гиеродулия – это форма зависимости, при которой человек, работая на храм, через посредство последнего находился в сущности в зависимости от царской администрации Птолемеев [47, С.102]

Во-вторых, это поденщики, являвшиеся наемными работниками, которые использовались на ирригационных работах, в сельском хозяйстве и ремес­ленном производстве. Поденщики были лишены средств производства, и вместе с тем по отношению к ним применя­лось внеэкономическое принуждение, т.к. раньше условленного срока они не имели права уйти с места работы [47, С.79-83; 144, С.74-80]. Во многих случаях поденной работы применялось временное принуждение со стороны государства: работников отправляли на работу обычно за скудную плату по спискам или целыми деревнями. В лучшем положении в отношении оплаты находились лица, заключавшие индивидуальные договоры на работу в сельском хозяйстве [44, С.101]. Вознаграждение поденщиков состояло из «ситометрии», т.е. натуральной платы, и «опсониона», т.е. денежной платы.

Фактически поденщики не составляли какой-то однородной и преобладающей части сельского населения в эллинистическом Египте. В их состав входили как свободные, так и зависимые люди. И, как указывает К.К. Зельин, «разрозненные и в общем мало вразумительные данные не дают представления о значении батраков в сельском хозяйстве Египта того времени. …основу всего развития продолжали составлять отношения непосредственного господства и подчинения, рабство и другие формы зависимости, а не свободный наемный труд» [44, С.101-104]. Но в общем для эллинистического Египта можно наблюдать достаточно широкое, опять же по сравнению с предшествующим периодом его развития, распространение наемного труда в области сельского хозяйства и ремесла, что было связано с развитием элементов денежного хозяйства.

И, наконец, в-третьих, к категории полусвободного населения Египта  относились так называемые «десмоты» (государственные узники). Они являлись еще одним типом фактически несвободных людей, вообще оторванных от средств производства, т.е. рабов по существу [144, С.91-92].

В рудниках на границе с Нубией, где добывалось золото, множество людей работало в самых тяжелых условиях. В их состав входили осужденные за преступления, военнопленные, те, кто явился жертвой несправедливых обвинений и был заключен под стражу вследствие личной вражды: иногда только сами обвиненные, а иногда и вместе со своими родственниками. Но наряду с ними на рудниках в Нубии трудились и квалифицированные рабочие, по-видимому, свободные. Не являясь рабами в юридическом смысле, работники в рудниках Нубии фактически находились в условиях, гораздо худших, чем те, в которых находились рабы в Египте. При этом жестокая форма принуждения обусловливалась не только политическим моментом - стремлением правительства к возмездию людям, которые, по его мнению, выступали так или иначе против него, - но и возможностью получить доходы. Таким образом, данная форма эксплуатации находилась в тесной связи с основными чертами экономической политики Птолемеев [47, С.57-61].

Однако тот способ эксплуатации, который применялся в рудниках на границе  Нубии, не распространялся на все горное дело – добычу металлов и камня в эллинистическом Египте [47, С.68].

При организации производства в горном деле в эллинистическом Египте наблюдалось прежде всего смешение двух принципов, что было характерно в общем и для мероприятий по поддержанию в порядке ирригационной сети Египта и вообще для сельскохозяйственных работ:

1.    Прямое принуждение со стороны царской администрации Птолемеев (центральной и местной).

2.    Договор [47, С.73].

Различие же заключалось в особенностях работ и в связи с этим в характере социальных элементов, которые привлекались к ним. Если для горного дела (для рудников или каменоломен) наряду с чернорабочими требовались рабочие со специальными навыками, то при поддержании и расширении оросительной сети Египта наряду с руководителями работ и их подручным персоналом нельзя было обойтись без массового труда большей части населения деревень [47, С.73-74]. 

Важно отметить, что большую роль в официальной идеологии эллинистического Египта играла так называемая концепция «усердие», которая применялась Птолемеями прежде всего по отношению к «царским земледельцам» и вообще по отношению к классу непосредственных производителей в целом.

Так, концепция «усердие» предусматривала идею «усердного труда» без какого-либо принуждения со стороны государства, который должен был приносить пользу государству. «Усердие» рассматривалось как добродетель, приносящая радость своему обладателю, т.е. прежде всего «царскому земледельцу», который, «усердно» работая на общее благо, в то же время делает это с удовольствием. Вместе с тем он выполняет свой долг. Бегство же от труда расценивалось как прямое нарушение этого долга. Таким образом, это служение долгу – есть одновременно и радостное, и приносящее выгоду всему Египту и носителю добродетели, каковой считается «усердие» [67, С.178-185].

Фактически же концепция «усердие» представляла собой образец идеального (т.е. каким его хотели видеть Птолемеи) подданного Египетского царства и ее основой являлась забота об общей пользе, якобы совпадающей с личными интересами «царских земледельцев» и других представителей класса непосредственных производителей.

Исследователь К.К. Зельин пришел к выводу, что спе­цифические экономико-географические условия Египта – государства, рас­положенного в долине Нила, где издавна существовало ирригационное зем­леделие, не могли не сказаться и на формах зависимости вышеозначен­ных категорий  населения  Египетского царства,  входивших  в состав классов непосредственных производителей.

В связи с этим К.К  Зельин отмечает следую­щие формы и типы зависимости, которые имели место в эллинистическом Египте:

1.    Формы зависимости, основанные на принуждении:

-          труд государственных узников (заключенных) в рудниках Нубии;

-          рабство.

2. Формы зависимости, связанные в известной мере как с договорным началом, так и с применением принуждения:

-          работа в горном деле, на ирригационной сети, в сельском хозяй­стве на основе прямого принуждения со стороны царской админист­рации для договора;

-          труд воинов низших категорий (воинов-египтян и др.);

-          труд наемных рабочих-поденщиков;

-          обязательства по так называемым «парамонэ»  (обязательство, возлагаемое на свободного человека на основании соглашения)

Категория: ПОЗДНЕЕ ЦАРСТВО | Добавил: konan (07.07.2010)
Просмотров: 1613 | Теги: Птолемеи, Древний Египет, классы, эллинизм | Рейтинг: 4.5/2
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]